http://www.dozorny.ru Thu, 22 Dec 2011 22:55:54 +0400 За окном злобной змеей шипел и шелестел августовский дождь.
Неверной рукой подцепив с тумбочки очки, любимые свои, совсем недавно треснувшие, но любовно замотанные изолентой, он посмотрел на часы. На тусклое табло старых, таких же старых, как и все в его квартире, электронных часов, стоящих на тумбочке, рядом с перевернутой кверху обложкой пожелтевшей книгой.
Он болезненно поморщился.
Сегодня было Четырнадцатое число.
Четырнадцатого числа каждого месяца на него накатывало это чувство. Такое знакомое, такое привычное.
Он встал, вдел ноги в стоптанные тапочки, зашаркал на кухню.
Щелкнув стертой кнопкой китайского электрического чайника, сел на табурет.
Закололо в боку. Он приложил к нему чуть дрожащую морщинистую руку, все с той же гримасой боли на лице, вполголоса чертыхнулся.
За окном слышались детские крики. В открытую форточку долетали слабые порывы холодного ветра.
Пульт телевизора привычно лег в руку.
Яркие, насколько позволял старенький кинескоп, краски – белозубая улыбка ведущего новостей, какие-то министры в озаренном вспышками камер конференц-зале… Полуголые девицы, покачивающие спелыми загорелыми бедрами в такт глупой, незамысловатой песенке
Тоска…
Он потянулся за мятой пачкой сигарет, вытянул – последнюю…
Затянулся, закашлялся, затянулся еще раз, жадно глотая вонючий дым.
Тоска.
На экране мускулистый парень в обтягивающих плавках, с длинными ухоженными волосами и подкрашенными глазами бежал по пляжу, и с лица его не сходила улыбка…На крупный план вывели лицо девушки, наблюдавшей за ним. Покачивая в такт музычке светловолосой головкой, он игриво облизнула пальчик и подмигнула.
Блядство, подумал он. Всюду, везде – одно и тоже…
Он выключил телевизор.
Молча сидел, слушая как шипит и хрипит закипающий чайник, докуривая дешевую папиросу.
Опять 14.
И каждый раз – одно и тоже…
Тоска.
И еще что-то такое – острое, очень болезненное – осколки… осколки прошлого…cut
Почему я не тот парень, подумал он. Ведь я мог стать им. Почему я не тот напыщенный индюк в итальянском костюме, вещающий о повышении уровня жизни…
Я презираю их, мне они отвратительны – и это не более, чем зависть.
Мог. Ведь мог.
Неиспользованные возможности, упущенные шансы, страхи и неуверенность, из-за которых все теперь было так, как есть…
Каждый раз, когда он видел на календаре цифру "14".
Вот точно также было когда-то…
Он закрыл глаза.
Было… Он сидел, на такой же узкой прокуренной кухоньке, с сигаретой в зубах – кем он тогда был? хмурый студентик, весь в книгах и мечтах. В мечтах о славе, о великом, вперемешку с мечтами о деньгах и бабах.
И разговоры – «сможем, добьемся» - под пивко, под орешки, с такими же точно юнцами – нахохлившимися, едва-едва пробующими летать, но уже уверенными – все у нас будет. Все-то мы завоюем, оторвем с кровью у судьбы и этой чертовой жизни.
И ведь смогли. Добились…
Кто-то кончено сломался. Кого-то сломали.
И только он проплыл тихо, держась к берегу. От 14-го до 14-го. От юности – к старости. Тихо, скучно и жалко.
Захотелось жахнуть кулаком об стол, закричать. Может даже эдаким исконно русским жестом рвануть на себе рубаху, и матерясь, каятся и плакать, плакать и каятся...
Он оторвал руки от лица, забыв про остывающий чайник и дотлевающую на блюдце сигарету, поглядел на себя – на выглядывающую из под застиранной пижамной рубахи дряблую желтую грудь, на край табурета, потом на немытый липкий линолеум…
Все, что было. Вся прошедшая, прожитая, промелькнувшая где-то за окном чужими звонкими голосами, где-то на экране телевизора чужими яркими улыбками, вся эта его ускользнувшая песком сквозь пальцы жизнь…Коротким сумбурным сном показалась она ему. Глупо и смешно. Смешно. До слез.
Все шестьдесят девять прожитых лет.
Он сидел в крохотной пыльной квартирке, в окружении книг, пыльных, старых, пожелтевших от времени, как и он сам.
Он мечтал, очень-очень давно мечтал писать книги, дарить свои миры людям, озаряя их огнем своего сердца, каким-то там им самим выдуманным светом, отблесками великого смысла. В молодости всегда первая пришедшая в голову глупость кажется великой…
Он так и не стал писателем. Не хватило ни смелости, ни веры в себя, ни упорства. Искорка, загоревшаяся в нем, очень скоро потухла, и он так и не смог никого озарить своим огнем… Хотя на самом то деле все было по другому – как сейчас думал он. Просто жопа у тебя оказалась не слишком усидчивой. Терпения не хватило, трудолюбия – разменялся по мелочам, старый идиот.
Друзья, те самые, с мечтами под пивко – все как то устроились, завели семьи, детей… А он – он так и не смог забыть Катю. Хотя знал – бесполезно звонить, просить – он просто надоел ей, а быть может – она и не любила его никогда, так терпела – пару лет…
Он любил ее, и больше никто ему не был нужен – так считал он сам. Хотя на деле - просто он сам не был нужен ни одной бабе. Не-у-дач-ник.
…Думалось – все впереди, весь мир у ног. Он так и жил – каждый день, веря что все впереди.
Ну вот оно – 14. Пришло. В очередной раз. Только теперь уже впереди…а что там? Да ничего уже там. Аллес. Финита ля комедия. Зе енд, мать его.
День за днем он проводил в пыльном плену этой душной темной маленькой квартирки. Среди стен, оклеенных выцветшими обоями и воспоминаний о былых мечтах.
Последние годы прошли здесь практически безвылазно. С редкими выходами в сберкассу за жалкой пенсией, в поликлинику, где он сидел в очередях с такими же, как он сам, беспомощными, никому ни нужными, больными, цепляющимися скрюченными пальцами за острые осколки воспоминаний…
Он устал. Как же он устал.
Он больше не мог быть здесь. Слишком тяжело, слишком больно было осознавать свое существование, видеть себя со стороны – жалкого, старого неудачника, в плену фальшивого бетонного уюта.
Зеленый чай из пакетика, последний из картонной упаковочки, купленной на продуктовом рынке на прошлой еще неделе – последняя отрада старого холостяка с больной печенью.
Одевшись, с кряхтением, с сопением, нацепив старое поношенное пальто, он вышел навстречу холодному моросящему дождю.
Он поехал прочь.
Из города, из мокрой толпы, которой было плевать на дождь и осень. Которой было плевать и на него – точнее, на ту тень, что он представлял собой теперь. Из толпы, энергично и поджаро бегущей по своим очень важным и интересным делам, из мира чужой радости и чужой молодости.
Он не думал о будущем, не думал о том, куда едет.
Ему было все равно.
Дождь ушел, забрав с собой остатки дня. На прояснившемся ночном небе замерцали огоньки далеких звезд.
Электричка, стуча и лязгая колесами, скрылась вдали.
А он стоял на пустом сыром перроне, и слушал как шумят сосны.
Он был одинок. Один. Ни друзей, ни любви. Только мерцающие звезды над головой.
Здесь, вокруг него, был привычный и давно уже ставший для него отвратительным мир. Мир людей.
Там, наверху, была вечность. Сладкое безвременье. Бездна…
Он смотрел на звезды, понимая, что никогда не сможет дотянуться до них. Поздно – не успел.
Его жизнь заканчивалась, а он так и не успел дотянуться до звезд.
Он смотрел на звезды.
- Почему? – по его небритой морщинистой щеке пробежала влажная дорожка. – Почему все заканчивается так плохо?...
- Ты сам виноват…
Он совсем не удивился этому мягкому ласковому голосу, исходившему из окружающей его темноты.
- Как бы я хотел все исправить… - прошептал он. - Если бы я только знал, как все закончится, я бы вел себя совсем по-другому.
- Хочешь вернуться? – вновь донес ветер, но на этот раз в голосе скользнула насмешливая нотка.
- Если бы я мог… Я если бы я только смог вернуться назад…- он говорил торопливым прерывающимся шепотом, словно читал молитву, в которую вкладывал остатки своей надежды. - Прожить жизнь заново…Творить…Изменять мир…Подавить в себе все страхи, отринуть все сомнения. Теперь я понимаю – стоит испугаться, усомниться в себе, в том, что можешь победить – и все, все кончено. Это конец…
- Ты уверен, что хочешь этого? – спросила Тьма.
- Уверен. – он сказал в полный голос. Громко, твердо.
Сосны шумели.
Голос молчал.
Ты спятил, сказал он сам себе. Старый маразматик – ты решил поговорить с Ночью? Идиот.
И тут же он услышал голос.
- Ты вернешься. Но помни – для чего возвращаешься.
Его зрачки расширились, словно вбирая в себя окружающую тьму.
Звезды померкли, стих шелест мокрых ветвей.
Наступила тьма.
Он рвался вперед, через клубящуюся черноту, через незримые сети сновидений, опутавшие его сознание. Как утопающий рвется к поверхности воды, так он рвался к далеким проблескам света. Невыносимо далеко мерцали призывно крошеные искры.
Осколки света, который он потерял.
Он рвался вверх, из сладкого убаюкивающего плена тьмы, боясь сойти с ума от ее абсолютного первозданного неизменного покоя…
Огоньки горели все ярче, увеличивались, сливаясь в щедрую россыпь звездной туманности. Туманность превращалась в зыбкое облако света, плавно растекающееся в черноте. Словно кто-то щедро разлил молоко в безбрежный океан чернил. Словно пыль расколовшегося белого мела рассыпалась по жирному слою сажи.
Он рвался вперед, рвался вверх, хотя там, где он находился, не было направлений и ориентиров. В окружающем его абсолютном мраке выделялось лишь расширяющееся пятно света, к которому он так стремился.
Тьма медленно выталкивала его, помогая двигаться навстречу свету, возвращая в его мир.
Он вынырнул.
Он распахнул глаза. Вскочил на кровати, жадно хватая холодный ночной воздух.
Медленно, осторожно, поднес к глазам ладонь. В полутьме он внимательно разглядывал свою руку.
Кожа была гладкой, молодой, лишенной морщин и старческих веснушек.
Он сполз с кровати, с тихим шелестом отбросив одеяло, и, двигаясь непривычно ловок и легко, быстрой тенью скользнул к зеркалу.
Он смотрел на свое отражение и улыбался, сдерживая рвущийся из груди безумный восторг.
В нем медленно, неотвратимо нарастало новое, давным-давно забытое ощущение. Чувство приближающейся победы, триумфа, торжества.
Неизбежная победа. Манящая. Зов пути, в конце которого исполнение самых заветных желаний. И слаще этого чувства он не знал ничего на свете.
На табло электронных часов высвечивалось сегодняшнее число – 14.
Мысли путались в голове.
Он только что лежал здесь, вот тут, на смятой простыне…
О чем думал? О чем он переживал?
Найти работу? Да, да карьера… деньги…слава. Власть.
Он смотрел в глаза своему отражению – в иссиня-черные зрачки.
Добьюсь, прошептал он, добьюсь всего.
На столе, вперемешку с конспектами и недобитым чертежом на расстеленном и придавленном готовальней ватмане, валялась мятая пачка сигарет.
Он повертел ее в руках.
Да-да, здоровье. Ему понадобиться хорошее здоровье.
Он распахнул окно, впуская ночной воздух в комнату, швырнул туда – в черноту, пачку.
Сомнения, страхи – пыль.
Есть лишь горизонт впереди, залитый яркими закатными лучами. Красный закат – там, впереди.
И Свобода выбрать путь. Свобода планировать жизнь. Свобода. Свобода! Свобода…
Он смотрел в ночь, на желтые огоньки чужих окон, и жадно глотал ветер.
Холод…
Холод входил в легкие, наполняя его ледяной уверенностью, и силой…
Хватит.
Он будет поступать только так, как хочет.
И сомнения в своих силах не заставят его сойти с единственного пути.
Мечты. Он воплотит их в жизнь. Все свои самые заветные мечты, о которых привык говорить: «я так мечтал об этом, но видимо, выше головы не прыгнешь…», «кончено жаль, но видимо Бог не дал…»
Страхи…Как они мешали ему…
Не подошел к понравившейся девушке, не выступил перед большой аудиторией, не стал высовывать нос… День за днем. Каждый день. Или шаг вперед или шаг назад – другого не дано. И как же часто он делал эти губительные шаги назад. Как непростительно часто…
Да, девушка…
Он вспомнил.
Нашарил в темноте мобильный телефон, чуть замялся вспоминая номер, выискивая его в записной книжке – ах, ну да, вот же…
- Алле? – заспанный девичий голос.
- Здравствуй, Катя.
- Алеша? Ты что?... Что-нибудь случилось?!
- Да. – он медленно подошел к зеркалу. Прищурился, глядя в него антрацитово-черными зрачками. Улыбнулся. – Я хочу сказать тебе кое-что…
- Ты в своем уме? Ты знаешь, который час…
- То, что я сказал тебе вчера вечером… - перебил он. – Знай, я соврал.
- Что?! О чем ты?
- Ты мне не нужна.
- Но я, я думала…
- Да мне похеру, что ты думаешь.
Он отшвырнул телефон на одеяло.
Ему было весело. Он улыбался.
Тьма была рядом. Тьма ждала его...
Все было впереди…
И откуда-то из темноты, из распахнутого настежь окна, в порывах ветра, негромко, едва-едва, на пределе слышимости, долетел мелодичный веселый смех.



]]> http://www.dozorny.ru/socium/blogs/madness/1110.html Thu, 01 Dec 2011 23:18:23 +0400 Мне было 19 лет,я юный был малец.
Я жил обычной жизнью.
Но так случилось наконец,
Пришлось отдать долг отчизне.
Но всех друзей хоть кто ждал,
Лишь я был свободен как ветер…
Да я в коридоре девчонку случайно встретил.
Она была сестрою друга ,на проводы мои пришла.
Она юна,и молода,в 11 была.
Я имени её не знал…
Она сказала: «Буду ждать.»Она сказала : «Буду верить!»
В ответ я только промолчал.
Ушёл закрыв все двери.
По улице бежал разбрасвывая пожелтевшие листья ногами…
Но не знал, но не знал я тогда что забрал её сердце на память…
Два месяца от дома отлучен.
Ночь . Кровать. Фонарик включен.
Шорох бумаги ели слышен…
Рядом со мною стопочка писем.
И каждое пропитано духами,
На каждой страничке соловьи,
И строчки разукрашены цветами,
И «милый», «зайка», «киска»…Слова все о любви…
Привет. Две строчки о погоде,
Про то как идут дела,
Про солнца блики на восходе,
Про то что кошка родила.
А на конвертах милые коалы,
Да отпечатки нежных губ…
Меня всё это раздражало,
Я очень становился груб.
Еще денечки пробежали…
И тихонько в недели сложились…
Мне друзья не давно сказали,
Что с мамой моей она очень сдружилась.
Что мама её считает невесткой,
И представить не может другой…
Да…Медленно неслись недели….
Но быстро ведь сложились в месяца..
Уж с юга птицы прилетели…
А мне в конвертах шлет сердца…
Отец её звонил поддатый…
И мне про дочку говорил,
Про торт, про свадьбы дату…
Про то что платье он купил…
Я трубку бросил. И что же делать? я не знал…
Я в ярости все разрывал…
Ей первый раз ответил. Нет не признание в любви…
«О,Боже, как же ты достала! Да ради Бога отвали!»
Мне брат её дал обешание прибить.
Родители очень расстроились - Меня не далось поженить.
Она мне письма всё писала…
А я их даже не читал.
Время быстро пролетело…
День возвращения настал!
Все друзья стоят на вокзале
.Объятья, поцелуи ,смех…
Одна лишь девушка стояла
В сторонке дальше ото всех…
У друга я спросил : « Ты знаешь Кто она?»
Пальцы хрустнули. Сжались в кулак.
Удар. Ну и дурак.
Так это ведь его сестра!
Выросла,похорошела. Но тот же запах духов…
Те же глаза…Взгляд понятный без слов…
Смущен. Видеть её рад…
Но я же обидел…Чудовище….Гад…
Вдруг захотелось спеть серенаду…
Что бы слышала только она, что б взгляд её стал веселей….
Дарить любовь и розы…Розы и любовь…только ей!
Делать чудеса,все что б она была рада!
Я решился подошел….И ей в волнение прошептал
На миг дыханья затая,
Ладонь её к рукам прижал
« Люблю. Навек моя»
Как стучать её сердце забыло…
Она смогла лишь прошептать: «Да,это мило».
« Я может быть любила.Я будто бы ждала.»
«Меня ты отстранил.Прошло. Я не хочу тепла.»
«Не хочешь ты тепла? Могу я стать луной.
Захочешь ты воды, стану пеной морской.
Захочешь быть со мной.
Я буду только твой!
Словам не веришь? Всё это не пустяк.
А хочешь….я уйду. Все будет только так.»
Её ответ заменил поцелуй. Он наполнен страстью, припрвлен отчанием.
Она моя! Она ждала! Все это неслучайно!
Прошло пять лет, как будто один миг…
Я к её губам как тогда приник…
И не знаю, нежнее волос,и нежнее кожи…
Я не знаю девушке на неё хоть чуть-чуть похожей!
Нет.Есть. Родилась у нас дочка. Она прелестная самая!
Она просто чудо. Зовут её в честь мамы Александрой.
Не знал я тогда что в моем сердце задержится навсегда сестра друга.
Кому то она мать, кому сестра….А для меня супруга!]]> http://www.dozorny.ru/socium/blogs/creative/1109.html Thu, 01 Dec 2011 23:16:07 +0400 Падал снег прошлогоднего лета…
Засыпал, что пыталась забыть.
Нежно спасал от ветра,
И пытался к себе приучить.
Он покрывал её надежды хрусталем.
Он собой обелял черные дни.
За ней наблюдал он вдали.
Белоснежный и хрупкий был он ней ослеплен.
Она брела своей дорогой.
И все глаза свои скрывала.
Там были тайн слишком много.
И то о чем она мечтала.
И не понимала, не видела снега…
В упор не замечала. Он оставил.
Уж поздно бежать за ним следом.
На её ладони он растаял.]]> http://www.dozorny.ru/socium/blogs/creative/1108.html Thu, 01 Dec 2011 23:09:42 +0400

К черту стены!
К черту стены, ты один без меня!
К черту стены - не сбежать от огня!
Я найду способ – Я буду с тобой!
На асфальте мелками «Ты только мой!»
Подожди, я открою темницу
На волю пущу души твоей птицу!
Стены больше не будут преградой
К черту они, я с тобой буду рядом!
Пролог.
Рядом с озаренной ослепляющим солнцем поляной журчал ручеек. Там же, среди ромашек и нежных васильков, возвышался огромный валун.
Забравшись на него с ногами, сидела миниатюрная девушка в длинном до пят белом сарафане. На спине у неё трепыхались огромные полупрозрачные крылья.
Фея (скорей всего это была именно она) напевала какую-то очень тихую и печальную мелодию. По её впалым щекам текли крупные слезинки, капая на горячий камень, они с шипением испарялись.
Откуда- то взявшаяся доверчивая белка мягко спрыгнула на колени плачущей. Умный зверек сочувственно посмотрел на девушку и осторожно коснулся пушистой лапкой, будто пытаясь утешить. Та, в ответ, почесала рыжей малышке пушистое брюшко. Зверек довольно заурчал и улегся её на колени.
Тем временем маленькие серые облака собрались в грозовую тучу. Небо резко нахмурилось, природа помрачнела, а ветер начал дуть изо всех сил.
Где-то громыхнуло. Раскаты грома стали приближаться, молния распоров небо пополам ударила в сосну неподалеку. Сухое дерево мгновенно вспыхнула ярким пламенем.
Белочка испуганно задрожала и кинулась наутек, трусливо поджав хвост, оставив девушку одну.
.Вот и на землю упала первая по- летнему теплая дождинка. С неё и начался ливень.
Фея не двинулась с места, хотя её промокший сарафан уже стал плотно облегать угловатую фигурку, а короткие волосы налипли на лицо.
Она, кажется, мечтала, что бы её боль растворилась в этом дожде как сахар в чае, но этого не происходило.
Плачущая природа наводила еще большую тоску.
Черные вороны беспрестанно каркали, ветер клонил тонкие березки к земле, ломая особо хрупкие ветки. Их хруст был похож на предсмертный стон.
Выжженные солнцем листья сыпались с деревьев на землю пестрым снегом.
Неожиданно девушка возвела руки к небу и крикнула куда-то наверх:
-За что?! Ну почему же именно он?! Почему он, а не я?! ПОЧЕМУ ЖЕ?!
Ответа конечно не последовало.
Заплакать так жалобно и несчастно могла только настоящая скорбящая фея. Даже ангелам это не дано.
Несмотря на то, что в музыке дождя её рыдания заглушались, весь лес их слышал, но совершенно не знал, как же помочь.
Вдруг за камнем что-то зашевелилось. Послышались шаги.
Девушка резко обернулась и ахнула.
Совсем рядом стоял парень в черной водолазке до локтя, обнажающей рельеф его мускул, в потертых джинсах, заправленных в гады. На плече у него висел лук и колчан со стрелами.
Лицо же парня было изощренно свежими и еще глубокими шрамами. При первом же взгляде было видно: еще достаточно юного жизнь его хорошенько потрепала и даже покалечила - он немного хромал на левую ногу и морщился, когда случайно ступал на неё.
Замерев на долю секунду, фея упала на колени перед парнем и её сердце измученное горем бешено заколотилось:
-Прости…
Он усмехнулся и взял девушку за подбородок.
Их глаза встретились.
]]> http://www.dozorny.ru/socium/blogs/creative/1107.html Thu, 01 Dec 2011 23:07:12 +0400
На фестивале независимого кино "Future Fest" был представлен короткометражный фильм "Почти весна" по мотивам одноимённого рассказу Сергея Лукьяненко. И он не остался без наград.

Фестиваль "Future Fest" был организован сетью кинотеатров «Монитор» и студиями независимого кино «A box for a friend» и «Serb & Valhalla». На нём было представлено 13 короткометражных фантастических фильмов, снятых в России и Украине, посвящённых будущему человечества.

Финал фестиваля состоялся в ночь с 25 на 26 ноября 2011 в кинотеатре «Болгария».

Фильм "Почти весна" режиссёра Надежды Крыловой получил следующие награды:

Номинация «Лучший актёрский ансамбль»
Дмитрий Паламарчук, Наталия Литвина, Николай Сонин, Илья Безрук, Дарья Кривцова (фильм «Почти весна»).
Номинация «Лучший сценарий»
Надежда Крылова и Александр Семёнов, по одноимённому рассказу Сергея Лукьяненко («Почти весна»).
Номинация «Лучшая режиссёрская работа»
Надежда Крылова («Почти весна»).
Номинация «Лучший фильм»
1-е место, главный приз Future Fest — фильм «Почти весна» (Санкт-Петербург).
«Живой» спецприз блоггеров Живого Журнала (выбор популярных блоггеров Краснодара dmitry-13, mono-polist, pomidorrov, yrikk)
«Почти весна» Надежды Крыловой (Санкт-Петербург).

Таким образом фильм стал обладателем пяти из шести высших наград фестиваля.

Итак, "Почти весна":

Режиссёр: Крылова Надежда
Сценаристы: Крылова Надежда, Семенов Александр
Актёры: Дмитрий Паламарчук, Наталия Литвина, Николай Сонин, Илья Безрук, Дарья Кривцова
Год создания: 2010
Хронометраж: 21 минута
Жанр: фантастика, мелодрама


Аннотация :
Далекое будущее. Люди сумели пережить ядерную войну, восстановить экосистему планеты. Им удалось построить на руинах прошлого новый светлый мир – без войн, без голода, без нищеты. Единственное, что людям оказалось не под силу – избежать последствий радиации.
Антон и Ульяна любят друг друга, они планируют пожениться. Однако Антон узнает, что они с Ульяной генетически несовместимы. Решить проблему вызывается таинственный незнакомец Эдгар, но взамен он просит об одолжении."



Официальная страница фестиваля
Участники
Жюри фестиваля]]> http://www.dozorny.ru/socium/blogs/news/1106.html Wed, 02 Nov 2011 13:06:14 +0400 Явились руны, дивно в круг легли.
"То колесо Футарка, без сомненья"-
И стружки желтые из-под резца пошли

И разум - пел, язык шептал слова
Рука вела резец как глаз велел,
Свежа была надежда и нова,
И на итог свой мастер с радостью смотрел.

На крышке вязь - сплетение лучей
Внутри - спиралей нежные витки.
Здесь центр мироздания. Ключей
Двадцать четыре. Ты пойми...

И мы поймем, те руны в руки взяв,
Что звездный сон случится наяву:
И мудрый Один к нам пути найдет,
И Фрейя рядом сядет на траву.

С природой единенье осознав,
Стань человек и проще, и мудрей.
И в кроне Ясеня поселятся ветра,
И станет мир светлее и добрей...



]]> http://www.dozorny.ru/socium/blogs/creative/1105.html Tue, 01 Nov 2011 02:49:53 +0400
Теперь для вновь зарегистрировавшихся участников форума доступны только два варианта выбора параметра "Сторона": соответственно, "Свет" и "Тьма".
Поменять сторону зарегистрированного пользователя теперь может лишь представитель Высшей Инквизиции.

Администрация проекта рассчитывает, что это нововведение позволит сделать пребывание и общение на форуме более адекватным духу произведений Сергея Лукьяненко.]]> http://www.dozorny.ru/socium/blogs/about/1104.html Mon, 31 Oct 2011 23:34:07 +0400
Орден Дружбы — государственная награда Российской Федерации. Учреждён указом № 442 Президента Российской Федерации от 2 марта 1994 года.

Орденом Дружбы награждаются граждане за большой вклад в укрепление дружбы и сотрудничества наций и народностей, высокие достижения в развитии экономического и научного потенциала России, за особо плодотворную деятельность по сближению и взаимообогащению культур наций и народностей, укреплению мира и дружественных отношений между государствами.



Наши поздравления!]]> http://www.dozorny.ru/socium/blogs/news/1103.html Mon, 31 Oct 2011 23:32:46 +0400
Отличает эти переиздания то, что вышли они не в привычных для книг Сергея Лукьяненко сериях "Звёздный лабиринт", или т. н. "Чёрной серии", она же "Под дозоры", и не в стандартных АСТ-овских коллекционных сериях.

"Осенние визиты" вышли в серии "Я люблю читать: Современные и классические бестселлеры", в таком вот, на мой взгляд, очень достойном оформлении:


Тираж книги по нынешним временам весьма велик для переиздания: 23000 экз.

Романы "Рыцари сорока островов" и "Мальчик и Тьма" и вовсе изданы вне всяких серий.
Книга вышла тиражом 5000 экз., и выглядит вот так:


Несколько ранее в таком же оформлении был издан цикл "Лорд с планеты Земля".]]> http://www.dozorny.ru/socium/blogs/news/1102.html Thu, 13 Oct 2011 00:24:24 +0400 Такой на свете быть не может.
Ни врач не исцелит, не утолит поэт,-
Тень призрака тебя и день и ночь тревожит.
Мы встретились с тобой в невероятный год,
Когда уже иссякли мира силы,
Все было в трауре,все никло от невзгод,
И были свежи лишь могилы.
Без фонарей как смоль был черен невский вал,
Глухая ночь вокруг стеной стояла...
Так вот когда тебя мой голос вызвал!
Что делала - сама не понимала.
И ты пришел ко мне, как бы звездой ведом,
По осени трагической ступая,
В тот навсегда опустошенный дом,
Откуда унеслась стихов сожженных стая.

Анна Ахматова, сборник "Седьмая стая" 1956г. ]]> http://www.dozorny.ru/socium/blogs/creative/1101.html