Нет, разница всё-таки велика. Не в методах и даже не в мировоззрении или мотивах. А в неуловимой индивидуальности.
И вот когда эта индивидуальность стирается, когда Иной стареет или теряет какую-то важную частицу себя, а на смену желанию построить свой мир или жить по-своему, приходит обычное желание властвовать.
И когда гены людей – тяга к бюрократизму и разочарование в собственных идеалах, желание разрушать чужие планы перевешивают всё то Иное, что было в нём, тогда и происходит переход в Инквизицию. Вовсе тут дело не в мифическом понимании высшего смысла и стремлении следить за соблюдением Закона.
Между прочим, желание поддержать Закон тут вовсе непричём. Договор держался и держится не на Инквизиции, а на лояльном к нему отношении Дозоров. И за порядком гораздо больше и чаще следят именно Дозорные, вмешивая серых во всех смыслах личностей, лишь в крайнем случае. И то с неприязнью и без желания. Никогда не задумывались – почему? Ян – задумывался. И понял, что в таком отношении есть что-то схожее в нежелании разворошить улей или лишний раз задеть сварливую и брюзгливую старушку-из- квартиры-снизу. Понял он это ещё до того, как узнал о подлом явлении «Искусственного Зеркала». А теперь лишь убедился в своих выводах. Ведь там действительно все старики. И действительно не возрастом или внешне – для Иных – возраст очень растяжимее и относительное понятие – а тем, что принято называть душой. Даже у вампиров там – и то душа, или хотя бы то, что отличает их от пня или компьютера – стара.
Так и выходит, что Великий Договор издревле хранят те, кого он связывает. Было в этом что-то от изощрённой пытки. Верующие Иные, даже сравнили б это с библейскими мотивами. Ян не был поляком, а поэтому, да и по причине сложившегося взгляда на жизнь таковым себя не считал, но сравнение находил удачным. Дозоры участвовали в защите Договора в равной степени, и говорить о какой-то особой законопослушности со стороны именно Светлых – не приходилось.
Ведь беззаконие и полная беспринципность – это удел психов и недальновидных идиотов. Что толку с бравады и криков, если любое действительное поведение подобного рода – верная гибель. Почти сразу. Дело не в законах или уступках перед обществом, а в банальной логике, инстинкте выживания и поиске пользы себе любимому.
Можно отказаться от морали, даже нужно. От навязанных моделей поведения. Отсутствие оков в виде догм всегда отличало Тёмных. Вот только между имморализмом и аморальностью большая, принципиальная разница. И два противоположных образа мышления.
Только мало кто это признаёт. Светлые из-за слепой убеждённости в собственной праведности и чужой грешности; переступившие границу – в сладком сне самообмана. В этом плане, конечно, и Ян признавал это, Тёмные уступали светлякам. У Тёмных нет чётких рамок и критериев – и как следствие – полный разброд и шатание в деле самоопределения и самоидентификации. Несветлые – это ж не обязательно Тёмные. И речь идёт не об Иных с девственно чистой и прозрачной аурой неопределившихся, а о совсем другой группе лиц. Тех самых, чьё уничтожение лишь принесёт пользу личности – что самое важное, и обществу – что принципиально и примечательно. Это даже не Дикари – анархисты Иного мира, это обычные ублюдки – сумеречные маньяки. Не те, что столь романтичны и популярны, как образ, а обыкновенные – из жизни – поедающие своих жертв и разрезающие тела на куски без всякой философии и психологизма, приписываемых им многочисленными фильмами и книгами, а просто так. Из непреодалимого желания и любви поедать и разрубать.
Такие, конечно же, попадались и среди Светлых – хотя на самом деле-то Сумеречные Силы и склонность тут уж совсем непричём – но по традиции они сразу же «переводились» на сторону Тьмы, к Тьме отношения не имея. Обществом. Единственным живым организмом, способным мыслить только стереотипами.
И всё это очень помогали и упрощали Инквизиторам создавать Искусственные, кривые, Зеркала.